?

Log in

No account? Create an account

[icon] А.Э.По "Ворон" - СПАЙДЕРЛОГОВО
View:Свежие записи.
View:Архив.
View:Друзья.
View:Личная информация.
View:1. З А Г Р А Н Ь ●●●. 2. LJ - МНОГО ИНФЫ ОБ ИСЛАМЕ ●●●. 3. ИСТОРИЯ АНТИСЕМИТИЗМА ●●●. 4. БЛОГ АНАТОЛИЯ ЗЕЛИКМАНА!!! ●●●. 5. PRO ZEKTOR ●●●. 6. ЭКС-ГУМАЦ ●●●.

Tags:, , , ,
Security:
Subject:А.Э.По "Ворон"
Time:08:12 am
Оригинал взят у spiderlog в А.Э.По "Ворон"
Ровно шесть лет назад...
А.Э.По
Ворон


Перевод  17-летнего
В.Е. (Зеева) Жаботинского




Как-то в полночь, утомлённый, я забылся, полусонный,
Над таинственным значеньем фолианта одного;
Я дремал, и всё молчало… Что-то тихо прозвучало —
Что-то тихо застучало у порога моего.
Я подумал: «То стучится гость у входа моего —
‎Гость, и больше ничего».

Помню всё, как это было: мрак — декабрь — ненастье выло —
Гас очаг мой — так уныло падал отблеск от него…
Не светало… Что за муки! Не могла мне глубь науки
Дать забвенье о разлуке с девой сердца моего, —
О Леноре, взятой в Небо прочь из дома моего, —
‎Не оставив ничего…




Шелест шёлка, шум и шорох в мягких пурпуровых шторах —
Чуткой, жуткой, странной дрожью проникал меня всего;
И, смиряя страх минутный, я шепнул в тревоге смутной:
«То стучится бесприютный гость у входа моего —
Поздний путник там стучится у порога моего —
‎Гость, и больше ничего».

Стихло сердце понемногу. Я направился к порогу,
Восклицая: «Вы простите — я промедлил оттого,
Что дремал в унылой скуке — и проснулся лишь при стуке,
При неясном, лёгком звуке у порога моего». —
И широко распахнул я дверь жилища моего —
‎Мрак, и больше ничего.

Мрак бездонный озирая, там стоял я, замирая
В ощущеньях, человеку незнакомых до того;
Но царила тьма сурово средь безмолвия ночного,
И единственное слово чуть прорезало его —
Зов: «Ленора…» — Только эхо повторило мне его —
‎Эхо, больше ничего…

И, смущённый непонятно, я лишь шаг ступил обратно —
Снова стук — уже слышнее, чем звучал он до того.
Я промолвил: «Что дрожу я? Ветер ставни рвёт, бушуя, —
Наконец-то разрешу я, в чём здесь скрыто волшебство —
Это ставень, это буря: весь секрет и волшебство —
‎Вихрь, и больше ничего».

Я толкнул окно, и рама поддалась, и плавно, прямо
Вышел статный, древний Ворон — старой сказки божество;
Без поклона, смело, гордо, он прошёл легко и твёрдо, —
Воспарил, с осанкой лорда, к верху входа моего
И вверху, на бюст Паллады, у порога моего
‎Сел — и больше ничего.

Оглядев его пытливо, сквозь печаль мою тоскливо
Улыбнулся я, — так важен был и вид его, и взор:
«Ты без рыцарского знака — смотришь рыцарем, однако,
Сын страны, где в царстве Мрака Ночь раскинула шатёр!
Как зовут тебя в том царстве, где стоит Её шатёр?»
‎Каркнул Ворон: «Nevermore».

Изумился я сначала: слово ясно прозвучало,
Как удар, — но что за имя «Никогда»? И до сих пор
Был ли смертный в мире целом, в чьём жилище опустелом
Над дверьми, на бюсте белом, словно призрак древних пор,
Сел бы важный, мрачный, хмурый, чёрный Ворон древних пор
‎И назвался «Nevermore»?

Но, прокаркав это слово, вновь молчал уж он сурово,
Точно в нём излил всю душу, вновь замкнул её затвор.
Он сидел легко и статно — и шепнул я еле внятно:
«Завтра утром невозвратно улетит он на простор —
Как друзья — как все надежды, улетит он на простор…»
‎Каркнул Ворон: «Nevermore».

Содрогнулся я при этом, поражён таким ответом,
И сказал ему: «Наверно, господин твой с давних пор
Беспощадно и жестоко был постигнут гневом Рока
И отчаялся глубоко и, судьбе своей в укор,
Затвердил, как песню скорби, этот горестный укор —
‎Этот возглас: «Nevermore…»

И, вперяя взор пытливый, я с улыбкою тоскливой
Опустился тихо в кресла, дал мечте своей простор
И на бархатные складки я поник, ища разгадки, —
Что сказал он, мрачный, гадкий, гордый Ворон древних пор, —
Что хотел сказать зловещий, хмурый Ворон древних пор
‎Этим скорбным: «Nevermore…»

Я сидел, объятый думой, неподвижный и угрюмый,
И смотрел в его горящий, пепелящий душу взор;
Мысль одна сменялась новой, — в креслах замер я суровый,
А на бархат их лиловый лампа свет лила в упор, —
Ах, на бархат их лиловый, озарённый так в упор,
‎Ей не сесть уж — nevermore!

Чу!.. провеяли незримо, словно крылья серафима —
Звон кадила — благовонья — шелест ног о мой ковёр:
«Это Небо за моленья шлёт мне чашу исцеленья,
Благо мира и забвенья мне даруя с этих пор!
Дай! — я выпью, и Ленору позабуду с этих пор!»
‎Каркнул Ворон: «Nevermore».

«Адский дух иль тварь земная, — произнёс я, замирая, —
Ты — пророк. И раз уж Дьявол или вихрей буйный спор
Занесли тебя, крылатый, в дом мой, ужасом объятый,
В этот дом, куда проклятый Рок обрушил свой топор, —
Говори: пройдёт ли рана, что нанёс его топор?»
‎Каркнул Ворон: «Nevermore».

«Адский дух иль тварь земная, — повторил я, замирая, —
Ты — пророк. Во имя Неба, — говори: превыше гор,
Там, где Рай наш легендарный, — там найду ль я, благодарный,
Душу девы лучезарной, взятой Богом в Божий хор, —
Душу той, кого Ленорой именует Божий хор?»
‎Каркнул Ворон: «Nevermore».

«Если так, то вон, Нечистый! В царство Ночи вновь умчись ты» —
Гневно крикнул я, вставая: «Этот чёрный твой убор
Для меня в моей кручине стал эмблемой лжи отныне, —
Дай мне снова быть в пустыне! Прочь! Верни душе простор!
Не терзай, не рви мне сердца, прочь, умчися на простор!»
‎Каркнул Ворон: «Nevermore».

И сидит, сидит с тех пор он, неподвижный чёрный Ворон,
Над дверьми, на белом бюсте, — так сидит он до сих пор,
Злыми взорами блистая, — верно, так глядит, мечтая,
Демон, — тень его густая грузно пала на ковёр —
И душе из этой тени, что ложится на ковёр,
‎Не подняться — nevermore!

1897

***

Перевод 1931 года. Зееву Жаботинскому 51 год
comments: Оставить комментарий Previous Entry Поделиться Next Entry


roadreader
Link:(Link)
Time:2017-05-17 07:23 am
Очень сильно.. Посмотрел и другие переводы Жаботинского из "источника" (спасибо). Один клик дальше -
Бялик! не удивительно, - они близки, а я, признаюсь, если и слышал его имя раньше, то успел забыть.. Спасибо что напомнили.

https://ru.wikisource.org/wiki/Категория:Переводы,_выполненные_Владимиром_Евгеньевичем_Жаботинским
(Ответить) (Thread)


spiderlog
Subject:Re: ... и другие переводы Жаботинского
Link:(Link)
Time:2017-05-18 08:10 am

Аннабель-Ли (пер. Жаботинского)

Это было когда-то, в далекой стране,
Где у берега спят корабли.
Там я девочку знал (это было давно),
И я звал ее Аннабель-Ли.
Я жил ею одной, и она — только мной,
И, играя, мы вместе росли.

Были оба мы дети, — в далекой стране,
Где у берега спят корабли, —
Но любили мы так, как никто никогда,
Как большие любить не могли.
Только — ангелы рая за эту любовь
Рассердились на Аннабель-Ли.

Оттого и случилось — в той дальней стране,
Где у берега спят корабли, —
С моря ветер холодный дохнул из-за туч
И убил мою Аннабель-Ли.
И родные блестящей толпой собрались
И ее от меня унесли.
Чтобы в темном гробу схоронить навсегда
В глубине той далекой земли.

Видно, мало в раю знали счастья, что рай
Позавидовал детям земли:
Это ведомо всем в том далеком краю,
Где у берега спят корабли.
Почему черный ветер дохнул из-за туч
И убил мою Аннабель-Ли.

Но любили мы так, как никто из людей,
Как большие любить не могли —
Хоть мудрей нас, но так не могли;
И не властны ни ангелы райских полей
И ни демоны в недрах земли
Разрубить эту нить меж душою моей
И душой моей Аннабель-Ли.

Мне луна с вышины шлет лучистые сны
Про меня и про Аннабель-Ли;
Каждый звездный алмаз — словно свет ее глаз,
Тихий взор моей Аннабель-Ли;
Если ж ночь и темна — снова я и она,
Я, и друг, и сестра, и невеста-жена,
Тихо спим под покровом земли —
Где у берега спят корабли.

1931

***

Аннабель Ли (Пер. Бальмонта)

Это было давно, это было давно,
В королевстве приморской земли:
Там жила и цвела та, что звалась всегда,
Называлася Аннабель-Ли,
Я любил, был любим, мы любили вдвоем,
Только этим мы жить и могли.

И, любовью дыша, были оба детьми
В королевстве приморской земли.
Но любили мы больше, чем любят в любви,—
Я и нежная Аннабель-Ли,
И, взирая на нас, серафимы небес
Той любви нам простить не могли.

Оттого и случилось когда-то давно,
В королевстве приморской земли,—
С неба ветер повеял холодный из туч,
Он повеял на Аннабель-Ли;
И родные толпой многознатной сошлись
И ее от меня унесли,
Чтоб навеки ее положить в саркофаг,
В королевстве приморской земли.

Половины такого блаженства узнать
Серафимы в раю не могли,—
Оттого и случилось (как ведомо всем
В королевстве приморской земли),—
Ветер ночью повеял холодный из туч
И убил мою Аннабель-Ли.

Но, любя, мы любили сильней и полней
Тех, что старости бремя несли,—
Тех, что мудростью нас превзошли,—
И ни ангелы неба, ни демоны тьмы,
Разлучить никогда не могли,
Не могли разлучить мою душу с душой
Обольстительной Аннабель-Ли.

И всетда луч луны навевает мне сны
О пленительной Аннабель-Ли:
И зажжется ль звезда, вижу очи всегда
Обольстительной Аннабель-Ли;
И в мерцаньи ночей я все с ней, я все с ней,
С незабвенной — с невестой — с любовью моей-
Рядом с ней распростерт я вдали,
В саркофаге приморской земли.

P.S. Литература и, в частности, переводы были для ЗЖ
лишь одним из великого множества дел, куда более важных для него....

(Ответить) (Parent) (Thread)


roadreader
Subject:Re: ... и другие переводы Жаботинского
Link:(Link)
Time:2017-05-18 09:25 pm
Большая разница в переводах, в выверенности образов и слов.. Один из них мне ближе.

Конечно, роль, личность человека последнего коснувшегося полотна, текста, стиха имеет огромное значение. - Так, и это вообще говоря, очевидный и общеизвестный поисковый прием, но когда я к примеру, ищу что-либо в океане знаний, в интернете - я или работаю долго над начальными критериями поиска и последующими постепенно сужающими поиск уточнениями, или же я после первых нескольких итераций выделяю, если возможно, схожую по взглядам и первичным оценкам личность/и и ухожу на время в под-пространства их выборов.. Это хорошо работает и в ЛЖ (информация), и на ю-тюбе (музыка), и здесь "и с другими переводами выполненными Жаботинским", как и с источниками отобранными, да,- бывшего занятым и более важными делами, им.

Очень схоже, хотя возможно и не так очевидно, у меня с литературой, которая вообще говоря, воспринимается мною лучше чем поэзия.. Так к примеру, Марселя Пруста я "адекватно" воспринимаю лишь в замечательных переводах Адриана Франковского (1888-1942, умер от голода зимой в блокадном Ленинграде, - еще одно преступление и обвинение я злопамятно держу горластым немцам прошлого века), а другие переводы просто не читаются. Но у Франковского текст Пруста, это поэзия, и все читается на одном дыхании и ближе (как и в равноправных по-другому переводах Аннабель-Ли По вы привели выше).
(Ответить) (Parent) (Thread)


roadreader
Subject:Марсель Пруст. В сторону Свана. Часть первая. Комбре.
Link:(Link)
Time:2017-05-18 09:42 pm
Давно уже я стал ложиться рано. Иногда, едва только свеча была потушена, глаза мои закрывались так быстро, что я не успевал сказать себе: "я засыпаю". И полчаса спустя мысль, что пора уже заснуть, пробуждала меня,..

..Иногда, подобно Еве, родившейся из ребра Адама, во время моего сна рождалась женщина из неудобного положения, в котором я лежал. Ее создавало наслаждение, которое я готов был вкусить, а мне казалось, что это она мне доставляла его. Тело мое, чувствовавшее в ее теле мою собственную теплоту, хотело соединиться с ней, и я просыпался. Остальные люди казались мне чем-то очень далеким рядом с этой женщиной, покинутой мною всего несколько мгновений тому назад; щека моя еще пылала от ее поцелуя, тело было утомлено тяжестью ее тела.

Но достаточно бывало, чтобы, в моей собственной постели, сон мой был глубоким и давал полный отдых моему уму; тогда этот последний терял план места, в котором я заснул, и когда я просыпался среди ночи, то, не соображая, где я, я не сознавал также в первое мгновение, кто я такой; у меня бывало только, в его первоначальной простоте, чувство существования, как оно может брезжить в глубине животного; я бывал более свободным от культурного достояния, чем пещерный человек; но тогда воспоминание -- еще не воспоминание места, где я находился, но нескольких мест, где я живал и где мог бы находиться,-- приходило ко мне как помощь свыше, чтобы извлечь меня из небытия, из которого я бы не мог выбраться собственными усилиями: в одну секунду я пробегал века культуры, и смутные представления керосиновых ламп, затем рубашек с отложными воротничками мало-помалу восстанавливали своеобразные черты моего "я".

Быть может, неподвижность предметов, окружающих нас, навязана им нашей уверенностью, что это именно они, а не какие-нибудь другие предметы, неподвижностью нашей мысли по отношению к ним. Ибо всегда случалось, что, когда я просыпался таким образом, деятельно, но безуспешно стараясь определить своим рассудком, где я, все вращалось вокруг меня во тьме: предметы, местности, годы. Тело мое, слишком онемевшее для того, чтобы двигаться, старалось, по форме своей усталости, определить положение своих членов, чтобы заключить на основании его о направлении стены, о месте предметов обстановки, чтобы воссоздать и назвать жилище, в котором оно находилось. Память его, память его боков, колен, плеч, последовательно рисовала ему несколько комнат, в которых оно спало, между тем как вокруг него, меняя место соответственно форме воображаемой комнаты, вращались в потемках невидимые стены. И прежде даже, чем мое сознание, которое стояло в нерешительности на пороге времен и форм, успевало отожествить помещение, сопоставляя обстоятельства, оно -- мое тело -- припоминало для каждого род кровати, место дверей, расположение окон, направление коридора, вместе с мыслями, которые были у меня, когда я засыпал, и которые я снова находил при пробуждении. Мой онемевший бок, пытаясь угадать свое положение в пространстве, воображал себя, например, вытянувшимся у стены в большой кровати с балдахином, и тотчас я говорил себе: "Вот как, я не выдержал и уснул, хотя мама не пришла пожелать мне покойной ночи" -- я был в деревне у дедушки, умершего много лет тому назад; и мое тело, бок, на котором я лежал, верные хранители прошлого, которое уму моему никогда не следовало бы забывать, приводили мне на память пламя ночника из богемского стекла в форме урны, подвешенного к потолку на цепочках, камин из сиенского мрамора в моей спальне в Комбре, у моих дедушки и бабушки, в далекие дни, которые в этот момент я воображал себе настоящими, не представляя их себе точно, и которые я увижу яснее сейчас, когда совсем проснусь.

Но печаль моя лишь возрастала от этого, ибо простое изменение освещения разрушало привычку...
(Ответить) (Parent) (Thread)


spiderlog
Subject:Re: Марсель Пруст. В сторону Свана. Часть первая. Комбре.
Link:(Link)
Time:2017-05-20 09:14 am
В ранней юноости был у меня гуру - дальний родственник, художник, боксёр, книголюб.. на 8 лет старше меня..
Однажды он авторитетно изрёк, что главные писатели ХХ века - Кафка, Пруст, Джойс.. Именно в этом порядке..
Когда появилась возможность, начал я с Кафки, как и было сказано, и был пленён им на всю жизнь..
Французское словоблудие (на мой вкус) Пруста с самого начала прочтения не выдержало конкуренции, и он не пошёл.. Так и остался брошенным на полдороге, не оставив в душе и голове ничего, что впоследствии побудило бы вернуться к нему.. Словоблудность, на мой взгляд, вообще является имманентным свойством французской литературы, поэтому я к ней, за некоторыми исключениями - Мопассан, Франс, частично Мериме и Стендаль, равнодушен... Мои тараканы..

(Ответить) (Parent) (Thread)


roadreader
Subject:Re: Марсель Пруст. В сторону Свана. Часть первая. Комбре.
Link:(Link)
Time:2017-05-21 05:42 am
Конечно это в основе своей субъективно, ваша реакция, мое прочтение. Но и мне кажется ваш гуру был прав с именами. Просто эти имена не возможно предсказуемая последовательность, но три совершенно разных стиля определяющих литературное поле 20-го века. Но не буду спорить. :)


Спасибо еще раз за хороший пост и линкс к нему. И за это в том числе:
https://ru.wikisource.org/wiki/Эти_жадные_очи_с_дразнящими_зовами_взгляда…_(Бялик/Жаботинский)
https://ru.wikisource.org/wiki/Уронил_я_слезу_—_и_слезинку_настиг…_(Бялик/Жаботинский)

(Ответить) (Parent) (Thread)


spiderlog
Subject:Re: Марсель Пруст. В сторону Свана. Часть первая. Комбре.
Link:(Link)
Time:2017-05-25 09:00 am
Я совершенно не против этих трёх имён, хотя они и разновелики для меня.. Я просто не согласен с жёсткими классификациями и апломбированными, категорическими установками (я о своём гуру)...
Я, к примеру, очень люблю Бабеля, который неКафка, неПруст, неДжойс.. И таких не -
не так уж мало..
Прокрустово ложе схем всегда вызывало дискомфорт у меня..

Очень хорошие, близкие мне стихи и прекрасный перевод...

(Ответить) (Parent) (Thread)

[icon] А.Э.По "Ворон" - СПАЙДЕРЛОГОВО
View:Свежие записи.
View:Архив.
View:Друзья.
View:Личная информация.
View:1. З А Г Р А Н Ь ●●●. 2. LJ - МНОГО ИНФЫ ОБ ИСЛАМЕ ●●●. 3. ИСТОРИЯ АНТИСЕМИТИЗМА ●●●. 4. БЛОГ АНАТОЛИЯ ЗЕЛИКМАНА!!! ●●●. 5. PRO ZEKTOR ●●●. 6. ЭКС-ГУМАЦ ●●●.