?

Log in

No account? Create an account

[icon] Отделение французских мусульман - СПАЙДЕРЛОГОВО
View:Свежие записи.
View:Архив.
View:Друзья.
View:Личная информация.
View:1. З А Г Р А Н Ь ●●●. 2. LJ - МНОГО ИНФЫ ОБ ИСЛАМЕ ●●●. 3. ИСТОРИЯ АНТИСЕМИТИЗМА ●●●. 4. БЛОГ АНАТОЛИЯ ЗЕЛИКМАНА!!! ●●●. 5. PRO ZEKTOR ●●●. 6. ЭКС-ГУМАЦ ●●●.

Tags:, , , , ,
Security:
Subject:Отделение французских мусульман
Time:12:56 pm
Оригинал взят у spiderlog в Отделение французских мусульман
Ровно год назад...
***
Отделение французских мусульман
Ив Маму̀
Срп.png



Во Французской Республике государственные школы были созданы для борьбы с захватом французского общества католической церквью. Идея была, что Дарвин может лучше объяснить происхождение человечества, чем Библия. Чтобы построить страну свободных граждан, прежде всего нужны знания, а вера — только, если вы настаиваете, и даже в этом случае, только для себя самого.
***
«Если хиджаб или буркини имели бы какое-то отношение к скромности или благочестию, исламские фундаменталисты стремились бы построить частные пляжи, а не выставляли бы себя настойчиво на публике ... Если бы хиджаб был принят обществом, современное общество не могло бы внушить своим потомкам, что женская одежда не является оправданием изнасилования».
— Хала Арафа «Литературное сочинение на холме».


Французское мусульманского общество, похоже все еще чувствует, будто оно по-прежнему принадлежит своей стране исхода, полагая, что игру в секуляризм и «совместное проживание» пора заканчивать. С помощью покрывал, буркини и оружия различные группы исламистов, видимо, пытаются внедрить такое сообщение: мы по-прежнему остаемся прежде всего мусульманами, и решили не обращать внимания на культуру страны, в которых живем.

Для многих сегодня французский секуляризм является идеологией, направленной против прав человека, нечто вроде морального уродства, близкого к расизму.

Как может свободная страна, спрашивают они, даже помыслить о том, чтобы запрещать ношение на пляже паранджи или буркини — одежды, скрывающей все женское тело? Как, спрашивают они, Французская Республика может называть себя свободной и оставаться свободной, когда многие из ее граждан хотели бы лишить мусульманских женщин, молчаливо повинующихся своей религии, свободы выбирать свою собственную одежду?

Радикализация современной Франции отличается от таковой мусульманами-мигрантами в других европейских странах. Мусульмане в больших количествах стали приезжать во Францию после ухода французов из Аожира в 1962. Французы никогда не делали никаких различий между французской «Галлией» и французской Северной Африкой. Современная радикализация пришла не после этого. Она — из молодого поколения французских мусульман, которые родились во Франции, говорят на французском, были обучены во Франции, но они не согласны с ценностями Франции.


Исламский фундаментализм во Франции пришел извне по таким аллеям, как Аль-Джазира и мусульманские войны на Ближнем Востоке. Поэтому сейчас молодые французские мусульмане имеют реальное желание отделиться от остального населения, напрдобие отделения Конфедератов от Соединенных Штатов, как до, так и во время гражданской войны в США. Эти молодые французские мусульмане, очевидно, больше не желают жить в этой стране. Они, видимо, хотят отдельной страны или другой страны.

На протяжении более 25 лет, Французскя Республика, как справа, так и слева, пытается вывести страну из «проблемы мусульманского текстиля» (хиджаба, никаба, бурки, буркини и пр.). Когда эта проблема возникла еще в начале 1989, руководитель колледжа Крей отчислил трех мусульманок за ношение мусульманского платка, хиджаба. Последовали ожесточенные споры: за платок и против платка. Аргументы были все те же: терпимость, свобода выбора и свобода вероисповедания — на одной стороне, секуляризм и уважение норм — на другой.

Нормы? Какие еще нормы?

Центральным в истории Франции является то, что Республика создала государственные школы для борьбы против захвата католической церковью всего французского общества. В конце 19-го века, до первой мировой войны республиканские учителя трудились, чтобы построить школы, отделенные от папы и церкви. Мыслью было, что Дарвин лучше объяснит происхождение человеческой расы, чем Библия, списывающая на Бога создание мира за семь дней. Чтобы построить страну свободных граждан, знание — главное, а вера только по вашему настоянию и только для вас лично.

Исламский ходжаб в школе или буркини на пляже кажется попыткой «религизации» Франции и нарушения французского консенсуса относительно секуляризма. В течение сотни лет консенсус был принят всеми — католиками, иудеями, протестантами, но не мусульманами.

Консенсус можно резюмировать следующим образом: религиозные убеждения не могут принадлежать к общественной сфере без угрозы тирании или гражданской войны. Если французские граждане хотят жить в демократическом мире, то все, вызывающее беспокойство, и особенно — вера в стране нескольких вероисповеданий, должно оставаться строго личным делом.

На протяжении почти 30 лет мусульманские организации Франции говорили всем, что они не принимают это старое правило о частном-общественном. Даже в государственных школах совершаются постоянные попытки перестроить учебную программу для подстраивания к религии.

В 2002 группа преподавателей опубликовала книгу «Потерянные территории Республики» («Les территорий perdus de la République») о повседневной жизни в классах, где мусульмане имели численный перевес. Общий климат, согласно книге, — это жестокость, сексизм, антисемитизм и исламизм. Книга произвела такой шок, что все СМИ бойкотировали ее.

В июне 2004, Жан-Пьер Обэн, Генеральный инспектор национального просвещения, представил министру просвещения письменный доклад, озаглавленный «Признаки и проявления религиозных верований в государтсвенных школах». Доклад касался, главным образом, поведения учащихся мусульманских средних школ. Согласно этому докладу, в каждой школе, где мусульмане имели численный перевес, мальчики отказывались смешиваться с девушками в учебе и спорте. Мусульманские студенты, по вполне понятным причинам, отказывались от не халяльного питания в школьных столовых, не посещали школьные занятия во время мусульманских праздников, как Ид-эль-Кебир, Ид-эль-фитр, Рамадан, и практически все учащиеся проявляли злобный антисемитизм.

Еще больше проблем вызывало то, что многие мусульмане в средних школах начали возражать против школьной программы, основываясь на «халяль» (разрешено) или «харам» (запрещено):
«Очень часто имеет место отказ или возражения против определенных литературных произведений. Философские труды эпохи Просвещения, особенно, Вольтера и Руссо, и все философские работы, подвергающие религию рациональному анализу.
«Руссо противоречит моей религии», — обяснил один ученик, покидая школу перед концом занятий.
Пьесы Мольера и, особенно, его «Тартюф» — сатира на религиозный фанатизм, были самыми популярными мишенями. Имели место отказы от занятий, от игр, отказ от посещения спектаклей или просто беспорядки. Такие же отказы применяются к литературным произведениям, которые многие считают «распущенными» (например, «Сирано де Бержерак»), свободомыслящими или в пользу свободы женщин («Мадам Бовари» Гюстава Флобера).
Они также отказываются изучать авторов, таких, как Кретьен де Труа, потому что считают, что цель этого изучения — поощрение католицизма... Есть все основания полагать, что учеников поощряют извне к недоверию ко всему, что преподает учитель, и к подозрительности ко всякой пище, предложенной им в школьном буфете. Их поощряют выбирать, что они хотят изучать, в соответствии с категорями «халяль и харам».

С преподаванием истории, проблемы (не у всех, но у многих) были и того хуже:

«В целом, оспаривается все, что связано с историей христианства и иудаизма. Есть много примеров, некоторые из которых вызывают удивление: отказ от изучения материала относительно строительства соборов или отказ открыть учебник Истории на странице с изображением византийской церкви. Они также не хотят знать о доисламских религиях в Египте или происхождении шумерского письма. Священная история непрерывно сталкивается с фактической Историей. Возражения становятся нормой и могут перерасти в радикализацию, когда программа затрагивает такие острые вопросы, как крестовые походы, геноцид иудеев (они отрицают реальность Холокоста), израильско-арабские войны и палестинские проблемы. В гражданском образовании секуляризм считается антирелигиозным».

Доклад Обэна оказался таким пугающим для политиков, что он был похоронен на многие месяцы и незаметно выложен в Интернете на веб-сайте Министерства просвещения. В интервью французскому журналу Экспресс в 2015, Жан-Пьер Обэн сказал: «Многие молодые люди пропагандируют отделение от французской нации. Это отделение выражается в одежде (хиджаб или полное исламское платье), в требовании халяльной пищи и в про̀пусках занятий по религиозным причинам. В некоторых школах отдельные ученики приносят коврики для молитвы или протестуют, требуя открыть мечеть в школе. (...) Спустя более 10 лет, мы можем сказать, что ситуация стала еще хуже. Наша система образования не в состоянии интегрировать людей с различным происхождением, и эта трудность становится непреодолимой для семей с низкими доходами».

Какова связь между буркини на пляже и исламизмом в школе?

В этом выделяется то, что, хотя многие женщины буркини могут, разумеется, наслаждаться пляжем в соответствии со своими религиозными установками, многие другие, как оказывается, являются исламскими боевиками, которые хотят насадить исламскую маркировку на все слои общества. Проблема, как пишет философ Кэтрин Кинцлер в журнале Marianne, заключается в том, что:
«В стране падает степень терпимости. Коллективное осуждение буркини было таким скорым и единодушным, что это вызывает проблему общественного порядка... Все меньше и меньше общественное мнение соглашается с принадлежностью к закрытой религии, маркировкой организаций и территорий, контролем ценностей, кампаниями по установлению единой практики от имени религии, которая в действительности является политикой».

Хала Арафа в «Литературном сочинении на холме» описывает одежду мусульманских женщин как инструмент ведения войны:
«... никто не отказывает им в праве исповедовать свою религию в частном порядке. Они, однако, не имеют права вторгаться в общественное пространство и навязывать свою систему идеологии и верований, выраженных в их одежде…, Если бы хиджаб или буркини имели какое-то отношение к скромности или благочестию, исламские фундаменталисты стремились бы открыть частные пляжи, а не настаивали бы на настойчивом выставлении себя на публике. Однако, как и раньше, они хотят стать частью принятой социальной сцены и частью новой общественной нормы… Если хиджаб станет признанным общественным явлением, современное общество не сможет внушить своим потомкам, что женская одежда не является оправданием изнасилования».

В процессе мусульманского отделения, буркини — это просто еще одна возможность пометить организации и территории. Французское мусульманское общество, видимо, полагает, что оно по-прежнему принадлежит к своей стране исхода, и, как представляется, решило, что игру в секуляризм и «совместное проживание» пора заканчивать. С помощью хиджабов, буркини и оружия, различные группы исламистов, как представляется, пытаются внедрить то же сообщение: мы прежде всего мусульмане и решили не обращать никакого внимания на культуру страны, в которой мы живем.

Проблема заключается в том, что политики во Франции и в других странах не хотят должным образом проанализировать эти вопросы. Они по-прежнему убеждены, что «Ислам Франции» якобы совместим с французским обществом и остается вариантом. Политики не будут протестовать против такой попытки снова навязать религию Франции, потому что те, которые это делают, также и голосуют.

Ив Маму̀, живущий во Франции, 20 лет проработал журналистом в газете Le Monde.

comments: Оставить комментарий Previous Entry Поделиться Next Entry

[icon] Отделение французских мусульман - СПАЙДЕРЛОГОВО
View:Свежие записи.
View:Архив.
View:Друзья.
View:Личная информация.
View:1. З А Г Р А Н Ь ●●●. 2. LJ - МНОГО ИНФЫ ОБ ИСЛАМЕ ●●●. 3. ИСТОРИЯ АНТИСЕМИТИЗМА ●●●. 4. БЛОГ АНАТОЛИЯ ЗЕЛИКМАНА!!! ●●●. 5. PRO ZEKTOR ●●●. 6. ЭКС-ГУМАЦ ●●●.